«Этот мир комичен для тех, кто думает, и трагичен для тех, кто чувствует.»
Джон Ирвинг
Когда меня спрашивают: «Вы, наверное, давно работаете в психиатрии?» — я обычно отвечаю: «Я пришёл в неё ещё при Брежневе». И в этом нет никакой патетики. Вся моя профессиональная деятельность так или иначе связана с этой дисциплиной.
Начало пути: от студенческого общества до заведования отделением
В институтские годы я занимался в психиатрическом студенческом научном обществе. Подрабатывал на психиатрической «скорой». Затем обучался у известных профессоров-психиатров в нашем городе и в столице, стараясь постичь азы этой сложной специальности.
Долгое время заведовал отделением психиатрической больницы. В те годы я использовал весь спектр возможностей: от электрошоков, лекарственной и инсулинотерапии до реабилитационных усилий пациентов в теплицах и плотницкой мастерской. Мы пытались не просто «лечить», но возвращать человека к жизни.
Перемены: когда система стала молотилкой
После реформ в психиатрической службе всё изменилось. Медицину низвели до положения «стено-таблеткотерапии», шаблонизированной стандартами. Заполнение массы письменных форм отрывало врача от пациента, превращая его в безразличный механизм, лишённый возможности оценить конкретные проявления болезни.
Я не смог удержаться в этом новом русле.
Ушёл в частный сектор. Собственно, здесь и доживаю свой активный профессиональный период, пытаясь принести пользу страждущим людям. Их сейчас так много, что масштабы этого я осознаю с удивлением.
Ab equis ad asinos: из коней в ослы
Ныне, сидя в рабочем кабинете и поглядывая в окно на панораму Елагина острова за лентой Средней Невки, я ничуть не жалею о том, что попал в положение ab equis ad asinos — «из коней в ослы». Оказавшись вне государственной психиатрической «молотилки», я понимаю: при современном подходе пациент, как тот ребёнок, оказался выплеснут из ванны, заполненной бумажной волокитой и формалистикой.
Я же ощущаю себя по-настоящему нужным специалистом. Тем, кто способен разобраться в перипетиях каждого случая, опираясь на накопленный за десятилетия багаж знаний.
Зачем я пишу эти истории
Мне интересны коллизии, из которых выстроены сюжеты, основанные на психиатрической подоплёке. Разумеется, не нужно искать в описываемых персонажах каких-то непосредственных лиц. Моя задача — уложить истории отдельных людей в контекст общей ситуации, приправляя сюжеты обобщёнными мыслями выдающихся умов.
При этом важны эмоциональные реакции пациентов, которые в ходе анализа подвергаются рациональной проработке с соответствующими оценками.
Здесь уместно вспомнить высказывание Джона Ирвинга, вынесенное в эпиграф:
«Этот мир комичен для тех, кто думает, и трагичен для тех, кто чувствует.»
Я за свою жизнь успел побывать и тем, и другим. И, возможно, именно это сделало меня тем врачом, которым я стал.
