«Кто сражается с чудовищами, тому следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать чудовищем. И если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя.»
Фридрих Ницше «По ту сторону добра и зла»
Его привела гражданская жена. Обоим слегка за тридцать. Он выглядел растерянным, подавленным — человек, который не понимает, как его жизнь умудрилась так круто измениться за один месяц.
Срыв
Всё началось с поездки в родной город. Там он пил — «как не в себя», по его словам. Вернувшись домой, держался молодцом: ни капли. Но организм уже вошёл в штопор.
Появились признаки отмены алкоголя:
-
пропал аппетит
-
несколько ночей без сна
-
общий дискомфорт, «всё колбасило и молотило»
-
сильнейшая тревога, страх, что случится что-то непоправимое с ним и близкими
-
реакция на любой раздражитель, вздрагивание от прикосновений
В голове смешалось всё. Временами он проваливался в небытие, переживая в воображении фантазии о планетах и катастрофах.
Тот самый момент
Он вышел на улицу. Рядом шла случайная прохожая, говорила по телефону. Он услышал обрывок фразы: «…надо что-то сделать».
И в его сознании эта фраза превратилась в заговор. Ему показалось, что женщина договаривается убить его мать.
Дальше — как в тумане. Он бросился к ней, толкнул, выхватил телефон, разбил его о землю, истоптал ногами.
Сцена, полиция, задержание.
Отделение полиции
Там его состояние только ухудшилось. Он кричал, метался, разбил голову о бетонную стену. Пришлось вызывать скорую — медики зашили рану и вернули обратно.
Воспользовавшись его состоянием, сотрудники составили признательные показания. В них он «сознавался», что:
-
употреблял наркотические средства
-
с целью покупки наркотиков похитил телефон
-
намеревался продать его для своих нужд
-
сожалеет и раскаивается
Стандартный шаблон. Видимо, расхожий в работе тех, кто привык, что «признание — царица доказательств».
Но из-за явной ненормальности задержанного пришлось вызвать психиатрическую скорую. Его перевели в психиатрическое отделение, где он провёл некоторое время, получая квалифицированную помощь.
Психические расстройства прошли полностью. Он помнил происходящее отрывочно.
Возвращение
Когда он вернулся в отделение, узнал: на него заведено уголовное дело. Один из полицейских доверительно сообщил:
— Светит тебе лет семь.
Всё это время гражданская жена не знала, где он. Выяснив местонахождение, примчалась в отделение. Застала его в удручающем состоянии.
Дома, поразмыслив, они обратились к адвокату. И ко мне — за психиатрической помощью.
Что дальше?
Предстоит судебно-психиатрическая экспертиза. Она должна установить, был ли он вменяем в момент происшествия или находился в состоянии, исключающем вменяемость.
Альфред Хичкок сказал: «Я не против полиции, я просто боюсь её». В этой истории полицейские действовали по шаблону — человек в психозе для них стал удобным материалом для «признания».
Надеюсь, экспертиза не пойдёт по пути использования тех же клише. Надеюсь, она восстановит истину.
Ницше о бездне
Фраза Ницше, вынесенная в эпиграф, здесь звучит особенно остро. Человек, борющийся с чудовищами своего внутреннего мира (алкоголизм, психоз), столкнулся с другой бездной — системой, которая не делает различий между больным и преступником.
Он смотрел в бездну. И бездна посмотрела в него.
Что она увидела? Удобную мишень.
Остаётся надеяться, что правосудие — не слепое, а зрячее — сумеет разглядеть разницу.
